«Порядок всегда рождается из хаоса». Художник Дмитрий Сухов — о том, зачем искусству живая нервная система

Культура2 марта в 14:01«Порядок всегда рождается из хаоса». Художник Дмитрий Сухов — о том, зачем искусству живая нервная системаФото: Московский музей современного искусстваВыставку «Между хаосом и формой» можно увидеть в Московском музее современного искусства до 22 марта.

Московский музей современного искусства (ММОМА) открыл персональную выставку Дмитрия Сухова — живописца и скульптора, чьи работы похожи одновременно на карту нервной системы и сибирский горизонт. Около 100 произведений — картины, скульптуры, графика, керамика — выстроены в маршрут через шесть эмоциональных зон — от радости до меланхолии. «Культура Москвы» побеседовала с Дмитрием Суховым, чтобы узнать, почему нельзя выбрать между хаосом и формой, с каким цветом труднее всего договориться и что происходит, когда художник работает на глазах у всего зала.

— Выставка называется «Между хаосом и формой». Как это противостояние отражает вашу философию — и возможно ли выбрать что-то одно?

— Для меня хаос и форма не противоположности, а два состояния одного процесса. Хаос — это энергия, сырой импульс, первичная материя. Форма — попытка договориться с этим импульсом, придать ему очертания. В сегодняшнем мире слишком много иллюзии контроля, и искусство напоминает: порядок рождается из хаоса и в него же возвращается. Выбрать что-то одно невозможно. Если исчезнет хаос — искусство станет декоративным. Если исчезнет форма — оно перестанет быть искусством.

— Как рождалась идея этой выставки? С чего все началось?

— Идея рождалась постепенно. Сначала были отдельные объекты — почти фрагменты, осколки состояний. Я заметил, что все они балансируют между распадом и собранностью. Потом появилось ощущение, что пространство должно быть не просто залом, а маршрутом, внутренним путешествием. Так и возникла структура выставки — как движение через разные эмоциональные состояния, где зритель становится соавтором.

— Многие отмечают влияние на ваши работы родных для вас сибирских пейзажей. Чего там больше — тоски по дому или просто хороших воспоминаний из детства?

— Сибирь — это не ностальгия в прямом смысле. Это масштаб. Это горизонт, который невозможно охватить взглядом. Это тишина, которая громче любого шума. Конечно, там есть память о детстве, но в моих работах скорее ощущение пространства и холода как очищения. Это не тоска, а внутренняя география, которая всегда со мной.

— Выставка поделена на шесть зон, каждая — для конкретной эмоции. Почему выбраны именно эти шесть состояний и как в такой системе работает цвет?

— Я выбрал шесть состояний, которые, как мне кажется, человек переживает ежедневно. Цвет здесь не иллюстрация, а температура эмоции. Холодные спектры работают с дистанцией, теплые — с уязвимостью. Где-то цвет почти исчезает, и тогда работают свет и тень. Это попытка дать зрителю не сюжет, а среду.

— А в какой зоне вам самому комфортнее задержаться подольше?

— Наверное, в зоне тишины. Там меньше всего жеста и больше паузы. Хотя, наверное, для каждого градация зон будет своя, и эмоции у всех будут вызываться по-разному. Мне важно иногда остановиться внутри собственного же проекта и попытаться почувствовать не автора, а просто человека.

— Есть ли цвета, которые вы никогда не используете? С каким цветом оказалось тяжелее всего творить?

— Я стараюсь не запрещать себе цвета. Но чистый ярко-оранжевый долгое время был для меня сложным — он слишком активный, слишком громкий. Мне пришлось учиться его приглушать, впускать в более сложные сочетания. Иногда самый трудный цвет — это тот, который требует честности.

— Вы создали произведение прямо в залах ММОМА на глазах у зрителей. Чем для вас был важен этот перформанс? Несложно работать, когда за вами «подглядывают»?

— Работа в пространстве Московского музея современного искусства — это всегда диалог. Перформанс для меня был актом уязвимости: зритель видел не результат, а процесс, сомнение, паузу, исправление. Сначала это непросто: ты как будто лишаешься защитной дистанции. Но потом понимаешь, что энергия присутствующих становится частью работы.

— Вы сравниваете свои картины с живыми организмами — у каждой своя нервная система, свое настроение. Можно сказать, что процесс их создания — это своего рода ваша арт-терапия?

— В каком-то смысле — да. Я не начинаю работу с холодной головой — я всегда вхожу в нее через состояние. Создание — это способ прожить то, что иначе могло бы разрушать изнутри. Но я бы не назвал это терапией в бытовом смысле. Это скорее способ быть честным с собой.

— На выставке около ста работ. Есть среди них любимая? И какая далась тяжелее всего?

— Они все по-своему любимы, потому что каждая отражает мой определенный этап. Но есть работа, созданная буквально за одну ночь перед монтажом, — она самая хрупкая. А тяжелее всего далась композиция, где почти нет цвета и много пустоты, но в то же время я сумел выразить отличный импульс к жизни и циклу.

— Вы разделили пространство на зоны эмоций, а что, если зритель испытает злость там, где вы задумали тишину? Это разрушит концепцию?

— Это не разрушит ее, а завершит. Искусство не должно диктовать, что чувствовать. Если в зоне тишины человек почувствует злость — значит, тишина для него сейчас звучит именно так. Моя задача — создать условия. Все остальное — территория зрителя.

«Культура Москвы»: гид по ярким событиям столицы

Выставка «Между хаосом и формой» открыта до 22 марта. Купить билеты в ММОМА можно с помощью сервиса «Мосбилет».

Оперативно узнавайте главные новости в официальных каналах города Москвы в мессенджерах MAX и «Телеграм».

Источник: Правительство Москвы